Франц Клинцевич: Бондарчук и Лунгин говорили мне разное про свои фильмы про Афганистан

Политика


Франц Клинцевич, бывший депутат и сенатор, служивший в Афганистане в 345-м парашютно-десантном полку.

Фото: Иван ВИСЛОВ

В российский прокат выходит фильм «Небо» про подвиг военного летчика Олега Пешкова в Сирии. На этом фоне оживились споры о том, какое кино нужно снимать в России для современного поколения

Kp.ru обратились к бывшему депутату и сенатору, служившему в Афганистане в 345-м парашютно-десантном полку Францу Клинцевичу.

— Выходит картина «Небо» про подвиг нашего военного летчика в Сирии. Про что нужно снимать кино здесь и сейчас?

— Наверное, про всех героев в той или иной форме снято. Вот только качество этого кино разное. Скажем, Павел Лунгин снял фильм «Братство» — хорошая работа и режиссерская, и актерская. С профессиональной точки зрения там высокое качество. Но объединив разные отрицательные моменты этот фильм был негативно воспринят сообществом «афганцев».

— И Вами, в том числе?

— Я долго был в Афганистане. Пусть там многие вещи отражены справедливо. Но нельзя же в один фильм сложить только лишь негатив? На мой вопрос Лунгину он ответил так: а я патриотическое кино не снимаю.

Ну, а мне патриотическое кино нужно.

— Голливуд поднялся на патриотическом кино, как принято считать…

— Да так во все мире поступают! Молодежь его воспринимает хорошо — я был свидетелем этого на презентации картины. Но молодые люди еще не могут различать некоторые моменты. В том числе, связанные с психо-кодированием.

— Фильм «Небо», как говорят видевшие его, это классическое патриотическое кино?

— Я обязательно пойду на фильм «Небо». Я смотрю новые фильмы только в кинотеатрах. Подобные картины очень нужны сегодня. Такие, как «Девятаев», как «Т-34». Там показан русский дух. Ну, как фильм «Танкисты» — где показано настоящее мужество настоящих парней.

— Почему они нужны именно сейчас?

— Русские люди нуждаются в патриотическом позитиве. И каждый раз, когда заходит разговор, в том числе, с либерально-настроенными режиссерами, мне кажется, они не до конца не понимают, что например в США все, что касается кино, именно государство контролирует. Да там ни один фильм с «армейским» сюжетом не выйдет, если не будет положительной рецензии Пентагона.

— У нас тоже существует некоторый контроль…

— У нас есть переходы из крайности в крайность. От позитива к негативу. У нас же много героев — но вот американцы сняли фильм про Сталинград, про снайпера Зайцева, и я случайно увидел интервью с главным героем. И тот говорит, что, видно, у русских было мало героев — вот они и подняли на щит этого снайпера! И как это воспринимать?!

— Вы видели героев не в кино, рядом с собой…

— Когда я служил в Афганистане — все, что было связано с выходом на боевые нашего полка, практически всегда сопровождалось потерями. 15-20 человек — на каждом выходе, которые уже не вернутся. Такая горькая статистика. Но при том ты попробуй хоть одного бойца оставь на базе — это было самым страшным наказанием! Это была трагедия для солдат. Хотя каждый понимал, что может погибнуть.

— То есть героем вы считаете каждого в 345-м полку?

— Мы всегда их представляли к наградам. И говорили, каждый, кто погиб в нашем полку — это реально Герой Советского Союза.

— Подвиг 9 роты — это про ваших бойцов?

— Помню, что 9 рота была снята по воспоминаниям солдат. Но сценарист Юра Коротков, конечно, не был большим специалистом в этой теме. Я с Бондарчуком разговаривал, пояснял, что так нельзя, там не так было. А Федор мне сказал: я не снимаю кино про твою войну. Я снимаю свое кино, и мне нравится так, как по сценарию.

— Но там же есть перекличка с реальными событиями.

— Если говорить о реальных событиях, я прибыл на горку и увидев что там было, предложил ребят из 9 роты представить к званию Героя Советского Союза — начальнику политотдела полка, который оформлял представление к награждению. Александрова и Мельникова предложил. А он мне тогда сказал, что двух сразу не получится. А ему говорю, что к званию надо вообще восьмерых представлять. Включая старшего лейтенанта Бабенко, который вызвал огонь артиллерии на себя.

В итоге дали двоим Героя. Ну, а потом сняли фильм — и у каждого из тех кто там был, восприятие было свое.

— У вас было какое?

— Моя дочь, тогда студентка, пошла на «9 роту». Она знала, что в фильме есть и прототип отца. И проплакала весь фильм. И я про себя подумал: что бы кто ни говорил, Бондарчук снял тот фильм патриотический, который был нужен. И фильм «Небо», думаю, тоже про реальных людей. Сейчас уйдут эти люди, которые помнят, как было на самом деле, придут внуки наши — и они через такие фильмы будут воспринимать подвиг своих дедов.



Источник

Оцените статью
Главные новости на HeadNovosti